Верховенство права и чрезвычайное положение: генезис проблемы

Целью статьи является прояснение соотношения концепций верховенства права и чрезвычайного положения в контексте вопроса о природе права и его соотношения с силой. Актуальность темы обусловлена потребностью в переосмыслении идеи верховенства права и его границ в контексте современных вызовов, в частности в условиях пандемии. Исследование имеет междисциплинарный характер, заключающийся в сочетании юридической, философско-правовой и историко-философской перспектив с использованием методов философско-правовой рефлексии, сравнения, анализа и синтеза и историко-философской реконструкции. Прояснение соотношения верховенства права и чрезвычайного положения осуществляется в три этапа. Сначала эксплицирована базовая идея верховенства права, объединяющая многочисленные его интерпретации: право рассматривается как антитеза произволу сильного. Соответственно, верховенство права выявляется требованием, имманентным любой правовой системе. В то же время, подчеркнуто внутреннюю ограниченность верховенства права, связанную с нормативной природой последнего, которая с неизбежностью вызывает необходимость балансировки верховенства права и справедливости, и радикализацией которой вызвана к жизни идея чрезвычайного положения. Вторая часть статьи посвящена критическому анализу теории чрезвычайного положения, которая, в противовес идее верховенства права, отождествляет право и силу, а впрочем, и отрицает право как таковое, поднимая бесправие к норме. Наконец, на третьем этапе проанализированы три подхода к соотношению верховенства права и чрезвычайного положения: 1) приоритет чрезвычайного положения, 2) слабая версия приоритета верховенства права и 3) сильная версия приоритета верховенства права. Сделан вывод, что фундаментальная оппозиция между верховенством права и чрезвычайным положением делает невозможным их непротиворечивое сочетание, а соответствующие попытки всегда оказываются компромиссом не в пользу первого. Зато, по мнению авторов, следует признать ограниченность самого права, не оставляя в то же время дискурса верховенства права и основополагающих для него оснований

Doi: 10.37635/jnalsu.28(2).2021.47-54